«Черная смерть» в средневековой Европе снизила разнообразие растений

Исследования показывают, что человеческая активность может как изменять природные ландшафты, так и влиять на сосуществование различных видов растений. Однако резкое снижение человеческой активности может оказывать неожиданные последствия для экосистемы. Ученые выяснили, что после эпидемии «черной смерти» в средневековой Европе произошло сокращение разнообразия растений в регионах с уменьшением сельского хозяйства. Об этом рассказывает Самара онлайн 24.

В XIV веке Европа пережила один из самых серьезных демографических кризисов. Начало века ознаменовалось затяжными холодами и дождями, что привело к неурожаям и голоду, особенно в период 1315–1317 годов, известном как Великий голод. Ослабленное население столкнулось с эпидемией чумы, получившей название «черная смерть».

Эта болезнь начала распространяться по Европе с 1347 года и вскоре охватила обширные территории. Возбудителем чумы стала бактерия Yersinia pestis. По оценкам историков, во время эпидемии погибла около трети населения Европы, хотя потери варьировались в зависимости от региона.

Чума распространялась на фоне голода, войн и тяжелых условий жизни, затрагивая не только здоровье людей, но и экономику, сельское хозяйство и структуру поселений. Массовая гибель населения нарушила привычный уклад жизни деревень и городов, так как некому было обрабатывать земли и собирать урожай. Часть земель осталась заброшенной, а восстановление населения и хозяйства заняло много времени. Таким образом, «черная смерть» стала не только медицинской и демографической катастрофой, но и значительным изменением в отношениях между человеком и природой.

Исследователи из Великобритании и Южной Африки, опубликовавшие свою работу в журнале Ecology Letters, решили выяснить, как демографический кризис и заброшенные земли повлияли на разнообразие растений. Они проанализировали 109 пыльцевых записей из различных регионов Европы, включая низменности Франции, возвышенности юго-запада Великобритании и Швейцарские Альпы.

В исследование вошли данные около 4,6 тыс. проб пыльцы, что позволяет судить о том, какие растения росли в определенных местностях в разные исторические периоды. Пыльца сохраняется в природных отложениях, что дает возможность ученым изучать изменения растительности даже спустя сотни и тысячи лет.

Для исследования важно было не только установить, какие растения существовали в прошлом, но и понять, как менялось использование земли. Одним из показателей стало присутствие пыльцы злаковых культур, таких как пшеница, ячмень и рожь. Эти данные помогли исследователям определить, где сельскохозяйственная деятельность усиливалась, сокращалась или отсутствовала.

Ученые сопоставили изменения растительного разнообразия с историческими периодами роста населения, голода и эпидемий, чтобы проверить, совпадало ли сокращение разнообразия растений с уменьшением сельскохозяйственной деятельности после «черной смерти». Анализ показал, что на протяжении первого тысячелетия нашей эры и примерно до 1300 года разнообразие растений в Европе в целом увеличивалось на фоне роста населения и расширения человеческого воздействия на ландшафты, включая развитие земледелия. Однако во время демографического кризиса XIV века эта тенденция изменилась: разнообразие растений резко сократилось, и это падение было связано в первую очередь с территориями, где уменьшилось производство сельскохозяйственных культур.

Джонатан Гордон, палеоэколог из Йоркского университета и первый автор исследования, отметил, что общее снижение биоразнообразия было связано с ландшафтами, где сократилось сельскохозяйственное производство. В этих местах биоразнообразие уменьшилось примерно на 40%.

Когда население начало восстанавливаться, сельскохозяйственная деятельность постепенно возобновилась. Примерно через 150 лет разнообразие растений в исследуемых ландшафтах стало немного выше уровня, наблюдавшегося до эпидемии. Таким образом, изменения растительного мира совпали с изменениями численности людей и интенсивности использования земель.

На первый взгляд может показаться, что отказ от земледелия должен способствовать природе: без обработки почвы и сбора урожая растительность получает возможность распространяться самостоятельно. Однако разнообразие видов зависит не только от активности человека, но и от условий, складывающихся на конкретной территории.

Средневековые европейские ландшафты часто представляли собой мозаику различных участков. Рядом с полями могли находиться небольшие леса, вересковые пустоши, пруды и участки вторичного леса, формировавшиеся после изменения прежнего использования земли. Эта неоднородность создавала множество различных местообитаний, где растения могли расти в подходящих для них условиях.

Джонатан Гордон подчеркнул, что на одной и той же территории существовали все эти различные виды сельского хозяйства, сохраняя множество природных особенностей, характерных для среднего или раннего голоцена, начавшегося примерно 12 тыс. лет назад.

Когда часть полей забрасывали, привычная структура ландшафта менялась. В зависимости от местных условий одни типы растительности могли расширяться, а другие — сокращаться. Исследование показало, что простое уменьшение человеческой активности не обязательно увеличивает число видов растений; важно, как именно меняется соотношение сельскохозяйственных и естественных участков.

Сегодня сельское хозяйство часто организовано так, что большие площади занимают поля с одной культурой, что называется монокультурой. Этот подход позволяет выращивать определенные растения на значительных территориях, но делает ландшафт более однородным и сокращает количество типов местообитаний для других растений.

Средневековая сельская местность, описанная исследователями, была устроена иначе: поля соседствовали с лесными участками, пустошами, водоемами и другими элементами природного ландшафта. По словам Гордона, именно такое переплетение различных типов среды создавало больше возможностей для существования разнообразных видов растений.

Эколог Эрл Эллис из Университета Мэриленда, который не участвовал в исследовании, отметил, что представление о природе как о мире, где человек всегда лишь сокращает разнообразие видов, слишком упрощает действительность. Длительное взаимодействие людей с окружающей средой нередко создавало разнообразные местообитания, способные поддерживать больше видов, чем однородные ландшафты.

Это не означает, что средневековое земледелие было безвредным или что современные методы следует полностью заменить историческими практиками. Для биоразнообразия важны не только площадь сельскохозяйственных земель и интенсивность их обработки, но и разнообразие условий внутри ландшафта.

Результаты исследования показывают, что связь между человеческой деятельностью и биоразнообразием сложнее, чем может показаться. Расширение земледелия в определенных исторических условиях сопровождалось увеличением разнообразия растений, а сокращение сельскохозяйственной деятельности во время «черной смерти» — его снижением. Однако это не универсальное правило: последствия зависят от особенностей местности и изменений в растительности.

Исследователи также подчеркивают важность функционального разнообразия. Важно не только количество видов, но и то, какие функции они выполняют в экосистеме. Если на территории много видов, но они выполняют схожие роли, такая система может оказаться менее устойчивой к изменениям. Разнообразие функций помогает экосистемам адаптироваться к меняющимся условиям, включая климатические изменения.

Джонатан Гордон добавил, что функциональное разнообразие крайне важно для адаптации экосистем к изменениям климата и повышения их устойчивости, что необходимо для защиты сельскохозяйственной системы в будущем.

При этом авторы не утверждают, что возвращение к средневековым методам само по себе решит современные экологические проблемы. Их работа посвящена историческим изменениям растительного разнообразия, а не проверке конкретных мер для современного сельского хозяйства. Для практических рекомендаций необходимо учитывать и другие показатели состояния экосистем.

Главный вывод исследования заключается в том, что влияние человека на природу нельзя оценивать только по интенсивности использования земель. Важны также структура ландшафта, наличие различных местообитаний и способность экосистем поддерживать множество видов с различными функциями.